.
.
lorem
» » » ИСПРАВНИК РАПОРТУЕТ «От мелкого ореха до голубиного яйца»
  • Нравится
  • 0

ИСПРАВНИК РАПОРТУЕТ «От мелкого ореха до голубиного яйца»

Раздел: Краеведение / История района

Помнится, где-то в конце июня этого года ранним утром на поселок Варгаши обрушился мощный град. Грохот по крышам раздавался настолько сильно, что непременно должен был разбудить еще спавших людей. Когда градопад наконец-то прекратился, то на улице можно было увидеть ледяной ковер из выпавших градин. И величина этих градин была довольно внушительной – с крупный виноград. В высокой траве градины таяли медленно и сохранялись местами даже в полдень.

                Стихийное природное явление заставило поволноваться огородников и дачников. Общий размер нанесенного ущерба неведом, но он, безусловно, был в разной степени причинен многим.

                Выпадение крупного града отмечалось  и в других местностях района. Не мог не задеть он и посадки сельскохозяйственных культур на полях разных хозяйств. И тут, скорее всего, какие-то статистические данные после обследования полей постарались собрать, если имелся очевидный ущерб в надежде его впоследствии возместить хотя бы отчасти с государственной помощью.

                А вот в начале прошлого столетия сведения о стихийных бедствиях, природных аномалиях, «выкрутасах» погоды с негативными последствиями попадали не только на страницы газет. В обязанность местных властей вменялось извещать о них вышестоящее начальство. Поэтому из уездных центров вроде Кургана в губернский город на имя губернатора посылались донесения и рапорты.

                К примеру, 13 июня 1914 г. были составлены сразу два похожих по содержанию рапорта за подписью курганского уездного исправника Иконникова. В одном из них губернским властям в лице тобольского губернатора сообщалось о том, что 5 июля 1914 г. от выпавшего града «величиною от мелкого ореха до голубиного яйца» погибли либо в разной степени получили повреждения и пострадали крестьянские посевы в ряде селений Мостовской волости. Земли этой волости теперь находятся в соседнем Мокроусовском районе и примыкают к нашему району. А град никаких делений – ни волостных, ни районных – не разбирает. Поэтому досталось очень серьезно от него и крестьянам Марайской волости. А это уже, как известно, современная территория Варгашинского района, поскольку бывшее волостное село Марайское давно уже переименовано в Мостовское, а прежнее Мостовское превратилось в Малое Мостовское Мокроусовского района.

                Так что же сообщалось во втором рапорте?

                «5-го сего июля градом, величиною от мелкого ореха до голубиного яйца, в районе Марайской волости истреблено хлеба на наделах крестьян Марайского общества 180 десятин ярового и 40 десятин озимого, России-Молотовского общества 3 десятины озимого и повреждено ярового 35 десятин, Маломолотовского общества 12 десятин озимого и Большемолотовского общества 40 десятин озимого, а всего ярового 215 десятин и озимого 95 десятин; убытка причинено приблизительно на 7000 рублей».

                Как видно, площадь уничтоженных и поврежденных хлебов была значительной, а убыток  в денежном выражении составил по тому времени солидную сумму. Между тем для крестьян хлеб являлся не только важнейшим продуктом питания, но и средством платежа налогов. Часто именно от продажи хлеба появлялись в крестьянском хозяйстве деньги, необходимые для уплаты налогов.

                С обоих рапортов в Тобольском губернском правлении были сняты копии для крестьянского отделения этого правления. На какие же последствия стоило рассчитывать, исходя  из заключенной в них информации? Вряд ли крестьяне, чьи посевы пострадали от града вплоть даже до полного истребления, получали освобождение от уплаты налогов. Тем не менее, в случае их неуплаты и образования недоимки в первую очередь бралось во внимание, что это произошло отнюдь не по злому умыслу плательщиков, а в действительности объяснялось веской причиной. Возможно, тогда все-таки предоставлялась отсрочка по уплате налогов в казну.   

 

В погоне за преступником

 

                Гораздо чаще приходилось доносить в Тобольск не о чрезвычайных происшествиях природного характера, а сообщать о совершенных уголовных преступлениях в городе и уезде. Ведь исправник возглавлял уездное полицейское управление и, следовательно, борьба с уголовной преступностью входила в его прямые обязанности. Губернатор, в свою очередь, являлся высшим должностным лицом губернии, подчиненным министру внутренних дел. В круг его полномочий входила забота о народной безопасности, поэтому у него в подчинении находилась вся полиция губернии.

                Из многих рапортов остановимся всего лишь на одном. Выбор на него пал потому, что описанная в рапорте криминальная история отчасти захватывает и местность, входящую в современный Варгашинский район.

                Утром 3-го июня 1914 г. в больницу, которой заведовал курганский сельский врач Петр Павлович Успенский, был доставлен неизвестный мужчина. Он подавал признаки жизни, но находился в бессознательном состоянии. Врач увидел, что голова мужчины разбита настолько, что из нее «вывалилась часть мозгов». Как оказалось, неизвестный мужчина был найден лежащим в поле, расположенном в 3-х верстах от дер. Смолиной Малочаусовской волости. Врач Успенский, понимая, что причиненный тяжкий вред мужчине явно криминального происхождения, сообщил по телефону о случившемся исправнику Иконникову. Дальнейшее изложение в рапорте было связано с действиями полиции по выяснению личности неизвестного и всей картины произошедшего с ним.

                «Получив это заявление, - докладывал исправник, имея в виду телефонное сообщение от врача, - я тотчас же поручил околоточному надзирателю Семенову произвести дознание и установить личность избитого, и им было установлено, что доставленный в больницу человек есть работник легкового извозчика Терентия Рогова крестьянин Падеринской волости Роман Пименович Базанов, который вечером 2-го июня на лошади своего хозяина запорядился доставить из города Кургана в табор какого-то цыгана и домой не возвратился, а затем оказался избитым и в бессознательном состоянии доставлен в больницу; на лошади же, очевидно, уехал цыган.

                Виду сего мною немедленно были командированы по деревням чины полиции для розыска цыгана и лошади и лошади, принадлежащей Рогову.

                Из командированных мною городовому Подкорытову удалось настичь около села Саломатовского цыгана, который ехал на лошади, отобранной у Базанова и принадлежащей Рогову; цыган этот назвался крестьянином Саломатовской волости Иваном Никитичем Кряковским, у которого в повозке был найден топор, хотя и вымытый, но со следами крови.

                Когда Кряковский был доставлен в Курган, то при допросе мне он, чистосердечно сознавшись в преступлении, объяснил, что Базанову нанес удары по голове тем топором, который найден у него в повозке, за то, что Базанов будто бы его первый ударил;  затем, когда увидевши, что Базанов без чувств, бросил его в поле и на его лошади уехал по направлению к себе домой; повозка и сбруя на лошади принадлежит ему, Кряковскому».

                А вот кому принадлежал топор, орудие преступления, - вознице Роману Базанову или его пассажиру Ивану Кряковскому, в рапорте не сообщалось. Но обратим внимание: топор, пусть и не тщательно вымытый от крови, оставлен в повозке, принадлежавшей цыгану Кряковскому. Остается только гадать, почему последний, если все же ему принадлежал топор, не избавился от него. Другие догадки и вопросы связаны с повозкой и сбруей. Приобрел ли Кряковский их в Кургане или приехал в город на своей лошади, а потом продал ее? Увы, все эти вопросы теперь обречены остаться без точного ответа и пребывать лишь в области предположений. В нашем распоряжении, напомним, есть только рапорт исправника и более никаких следственных материалов. Поэтому вновь обратимся к рапорту, к его завершающей части.

                «При проверке выяснилось, что Базанов лошадь своего хозяина запряг в сбрую и повозку цыгана Кряковского и сам предполагал, доставивши на место Кряковского, вернуться верхом на своей лошади». Но тяжкий вред, нанесенный топором вознице, повлек неизбежный финал: «Базанов, не приходя в сознание, в больнице умер».

                Произведенным дознанием закончилась компетенция полиции. Дальнейшая участь Кряковского уже решалась органами правосудия. Дознание же по его делу, как информировал исправник губернатора, было отослано 4 июня 1914 г. мировому судье 6-го участка Курганского уезда и «того же числа сообщено прокурорскому надзору, а обвиняемый Кряковский задержан впредь до распоряжения судебной власти».

                Точно неизвестно, какое именно наказание понес Кряковский, но вот за его задержание городовой Подкорытов, надо полагать, не остался все-таки без какого-нибудь поощрения со стороны начальства.

скачать dle 12.0
  • Просмотров: 1 657
  • Дата: 19 декабря 2016
admin

Комментариев (0)

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Память сердца

Память сердца

Информационные ссылки

Календарь

«    Август 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031 

Обратная связь

По всем вопросам или предложениям пишите:

var-library@mail.ru
или сюда
?

Опрос

Оцените работу движка